Отрицание османских неомучеников

В 2016 году Патриарх Кирилл дал телевизионное интервью, в котором описал христианский опыт в Османской империи. Православная Церковь почитает тысячи неомучеников (святых, замученных под османским владычеством). То, что Патриарх Кирилл сказал об их опыте, и то, что хранит Церковь, не совпадает.

Некоторые скажут, что это просто дипломатия: неточное высказывание, сделанное из политической выгоды, а не богословская позиция. Но Церковь прославила тысячи неомучеников именно потому, что их страдания были подлинными. Отрицать эти страдания значит противоречить собственному литургическому свидетельству Церкви.

Свидетельство неомучеников

Православная Церковь почитает многих неомучеников, пострадавших под османским владычеством. Прп. Никодим Святогорец записал их жития в своём «Новом Мартирологионе», классическом собрании житий святых, замученных при османах.^[1] Это духовные свидетели, канонизированные Церковью и поминаемые на её богослужениях. Святой новомученик Георгий Янинский был повешен в 1838 году за исповедание Христа. Святая новомученица Акилина Фессалоникийская была замучена в 1764 году после отказа уступить давлению и стать мусульманкой. Святой новомученик Ахмед Каллиграф был обезглавлен в 1682 году после обращения в христианство. Святые новомученики Турецкого ига воплощают память Церкви о насильственном обращении, принуждении, унижении и мученичестве при исламском владычестве.

Система девширме («кровавый налог»), сложившаяся при раннем османском правлении и упорядоченная в последующие столетия, насильственно отбирала христианских мальчиков у семей, обращала их в ислам и записывала многих в янычарский корпус. Джизья, подушный налог на немусульман, предписанный Кораном (Сура 9:29) и применявшийся при исламском правлении, наказывал христиан за то, что они оставались христианами. Храмы нельзя было строить или ремонтировать без разрешения. Колокольный звон ограничивался. Христианские свидетельские показания против мусульман имели меньший юридический вес или признавались недопустимыми в важных случаях.^[2]

Их страдания поминаются в богослужениях Церкви. Стереть их значит противоречить суждению самой Церкви.

Молчание перед заблуждением есть ненависть

Прп. Максим Исповедник учил, что истина не может быть предметом политических расчётов:

Ибо я считаю ненавистью к человеку и отступлением от Божественной любви оказывать поддержку заблуждению, дабы прежде охваченные им были ещё более развращены.

— Прп. Максим Исповедник, Patrologia Graeca, т. 91, col. 465C; OrthoChristian, «Изречения преподобного Максима Исповедника»^[3]

Что сказал Патриарх Кирилл

7 января 2016 года Патриарх Кирилл дал Рождественское интервью на телеканале «Россия 1». Интервьюер Дмитрий Киселёв спросил, в какой мере конфликт в Сирии является религиозной войной. Кирилл ответил, что нет, и обратился к истории. Он признал насильственные обращения и османское завоевание византийских территорий, после чего намеренно отложил это насилие в сторону: «если оставить за скобками собственно военные действия… то никогда ничего подобного тому, что сейчас происходит, в исламском мире не было». В качестве доказательства он предложил следующее описание Османской империи:

Взять даже пример Османской империи. Существовал определенный порядок отношений между религиозными общинами. До сих пор в руках мусульманина-араба — ключи от Храма Гроба Господня. Это все с тех самых турецких времен, когда мусульманин был ответственен за безопасность, за хранение христианских святынь. То есть был выработан такой способ взаимодействия общин, который, конечно, нельзя назвать режимом наибольшего благоприятствования, но люди жили, исполняли свои религиозные обязанности, существовали патриархаты, Церковь существовала.

— Патриарх Кирилл, Рождественское интервью на канале «Россия 1», 7 января 2016, http://www.patriarchia.ru/article/97323

Позднее агентство Trend News озаглавило вновь всплывший ролик: «В Османской империи никто не уничтожал христианские меньшинства — Патриарх Кирилл».^[4] Журналисты и читатели услышали в словах Кирилла отрицание или умаление османского насилия против христиан.

Сравнительный контекст имеет значение: Кирилл противопоставлял османскую эпоху ИГИЛ, чтобы доказать, что современный терроризм исторически беспрецедентен. Но проблема именно в самом сравнении. Его описание не просто опускает османские гонения; оно активно характеризует османских мусульман как защитников: «ответственных за безопасность, за хранение христианских святынь». Он признал, что османское правление «нельзя назвать режимом наибольшего благоприятствования», после чего немедленно представил систему как функциональное сосуществование: «люди жили, исполняли свои религиозные обязанности, существовали патриархаты».

То же самое можно сказать и о советском режиме: храмы существовали, люди молились, Патриархат выжил. Но кто из благочестивых верных принял бы это за честное описание эпохи новомучеников? Та же логика применима и здесь.

Церковь почитает неомучеников, пострадавших и погибших под османским гнётом в условиях насильственных обращений, казней за исповедание Христа, девширме и джизьи. Называть османский порядок таким, при котором мусульманин был «ответственен за безопасность, за хранение христианских святынь», значит заслонять это угнетение ради политической выгоды.

Интервью вновь всплыло в апреле 2021 года, когда администрация Байдена официально признала Геноцид армян, привлекая новое внимание к описанию Кириллом османского правления как функционального сосуществования.

Управление репутацией, а не исправление

Само по себе первоначальное заявление было бы поводом для обеспокоенности. Но реакция Патриархии сделала положение ещё хуже.

Вместо того чтобы прямо утвердить свидетельство неомучеников в контексте этого спора, Патриархия позднее заявила, что видео «не отражает подлинных взглядов Патриарха Кирилла», отметив, что он ранее выражал уважение к жертвам Геноцида армян во время посещения ереванского мемориала.^[5]

Это не исправление, а пиар-манёвр. Подлинное исправление назвало бы, что было неправильно: Патриарх представил Османскую империю как функциональное сосуществование, тогда как Церковь почитает неомучеников, погибших при этой же самой империи. Вместо этого Патриархия указала на прошлое посещение мемориала как свидетельство «подлинных взглядов» Кирилла, не исправив публичную запись. В приведённых здесь ответах Патриарх Кирилл публично не подтвердил литургическое свидетельство Церкви о неомучениках и не отказался от рамки «сосуществования». Заявление осталось в силе, дипломатические отношения с Турцией были сохранены, а память мучеников была принесена в жертву.

Отказ от опровержения является решающим доказательством. Неточное высказывание в прямом эфире можно было бы простить. Но когда Патриархию дважды призвали к ответу, она предпочла управление репутацией прямому исправлению (и это закономерность). Это превращает неточность в сохраняемую публичную запись лжи.

Вердикт

Если Церковь канонизировала неомучеников потому, что их свидетельство о Христе под османским гонением имеет значение, то патриарх, публично умаляющий это гонение, вступил в противоречие с собственным суждением Церкви. Учение прп. Максима, установленное выше, что оказывать поддержку заблуждению есть «ненависть к человеку», применимо здесь в полной мере. Представлять османское правление как образец сосуществования, когда святые умирали, сопротивляясь насильственному обращению и исламскому принуждению, — это злая дипломатия, и, словами прп. Максима Исповедника, «отступление от Божественной любви».

Неомученики не поступились истиной ради собственного выживания. Патриарх Кирилл поступился их памятью ради дипломатических отношений. На каком же основании верные православные продолжают поминать патриарха, стирающего свидетельство собственных святых Церкви?

1. Никодим Святогорец, Νέον Μαρτυρολόγιον (Новый Мартирологион) (Венеция: Nikolaos Glykys, 1799); переизд. Athonite Analects 3 (Святая Гора Афон: Agioritiki Estia, 2009). Собрание содержит жития более 85 неомучеников с 1330 по 1796 г., включая св. Ахмеда Каллиграфа; труд св. Никодима стал классическим источником свидетельства неомучеников османской эпохи. Составлено совместно со свт. Макарием Коринфским. Местные синаксарные источники также подтверждают св. Георгия Янинского, св. Акилину и св. Ахмеда как неомучеников османской эпохи. ↩

2. О девширме, джизье и правовой системе, регулировавшей положение христианских подданных в Османской империи, см.: Halil Inalcik, The Ottoman Empire: The Classical Age, 1300–1600, trans. Norman Itzkowitz and Colin Imber (London: Weidenfeld and Nicolson, 1973; repr. Phoenix, 1994). О недопустимости христианских свидетельских показаний против мусульман в османских судах см.: Najwa Al-Qattan, «Dhimmis in the Muslim Court: Legal Autonomy and Religious Discrimination», International Journal of Middle East Studies 31, №3 (1999): 429–444. ↩

3. Греческий оригинал: «Μισανθρωπίαν γαρ ορίζομαι έγωγε, και αγάπης θείας χωρισμόν, το τη πλάνη πειράσθαι διδόναι ισχύν εις περισσοτέραν των αυτή προκατειλημμένων φθοράν.» ↩

4. Агентство Trend News озаглавило вновь всплывший ролик 2016 года: «В Османской империи никто не уничтожал христианские меньшинства — Патриарх Кирилл». См. https://ru.trend.az/world/turkey/3414147.html. Интервью вновь широко распространилось в апреле 2021 г. после признания США Геноцида армян. ↩

5. В январе 2016 г. пресс-секретарь Патриархии о. Александр Волков заявил, что Патриарх Кирилл «не отрицал геноцид армян 1915 года» и что «позиция нашей Церкви по геноциду армян неоднократно и ясно выражалась в многочисленных заявлениях и посланиях Патриарха», переосмыслив слова Кирилла как относящиеся только к периодам «относительной безопасности и стабильности в жизни религиозных меньшинств». См. Радио Свобода, Армянская служба, https://www.azatutyun.am/a/27481804.html. Когда видео вновь всплыло в апреле 2021 г., Патриархия заявила, что оно «не отражает подлинных взглядов Патриарха Кирилла», сославшись на его визит в 2010 г. к ереванскому мемориалу. См. Helleniscope, https://www.helleniscope.com/2021/05/01/patriarch-of-moscow-the-ottoman-empire-did-not-exterminate-the-christian-minorities-video/. Ни в одном из случаев не было издано формального исправления или опровержения. ↩